Казахскоязычная и русскоязычная пресса Казахстана с первых лет независимости по-разному освещала социально-экономическую и политическую жизнь, а к 2014 году этот разрыв стал особенно заметен. Журнал «Эксперт Казахстан» опросил журналистов, политиков и политологов о том, почему две аудитории живут словно в параллельных мирах и к чему это может привести.
Разные темы и разные позиции
Наглядными примерами расхождения издание называло события на Украине и вступление Казахстана в Евразийский союз. Казахскоязычные СМИ в большинстве выступали за территориальную целостность и суверенитет Украины и против интеграции с Россией, тогда как значительная часть русскоязычных изданий занимала противоположную позицию.
Принято считать, что казахскоязычных читателей больше всего интересуют история, религия и внутренняя политика, а меньше всего — экономика и международные темы. Независимый журналист из Актобе Аскар Актлеуов связывал это и со спросом на материалы о батырах, акынах и традициях, и с тем, что писать о проблемах казахского языка проще, чем о банках, страховании или экологии, где нужно анализировать цифры: такой материал, по его словам, редактор всегда пропустит в номер. В пример он привел журналистку областной газеты, которая провела пару часов на серьезном международном семинаре «Баррель перемен» в Атырау, а затем опубликовала почти полосу лишь о том, что мероприятие шло на русском языке.
Руководитель молодежного клуба «Рух пен тіл» Жанболат Мамай считал, что русскоязычные издания, расходясь в отношении к казахстанской власти, единодушно поддерживают политику Москвы, когда речь заходит об интеграции с Россией и Украине. В подходах к казахской государственности, независимости и суверенитету, по его словам, отражаются взгляды двух аудиторий. Политик Амиржан Косанов возражал против тезиса о полной изоляции: казахскоязычная пресса читает и понимает русскоязычную, а обратного, по его словам, почти не происходит.
Скандал вокруг «Аңыз адам»
Иллюстрацией разной трактовки одних и тех же событий журнал считал апрельский номер журнала «Аңыз адам» со статьями Мырзагали Хасена и Нагашыбая Есмырзы о Гитлере и «Майн кампф». Русскоязычные пользователи резко раскритиковали редакцию и редактора Жарылкапа Калыбая, ранее получившего известность после того, как в сентябре 2013 года пнул стюардессу в самолете за незнание казахского языка и был подвергнут административному аресту. Казахскоязычные читатели, напротив, поддерживали журнал, утверждая, что пропаганды фашизма в нем нет, а возмущение вызвало сравнение Гитлера с Владимиром Путиным. Издание отмечало, что почти никто из возмущавшихся прочитать номер не мог из-за незнания казахского языка. Жанболат Мамай полагал, что негативное восприятие сформировали пророссийские журналисты порталов, не владеющие казахским.
Проблемы казахскоязычной прессы
Среди слабых мест казахских СМИ участники медиафорумов обычно называли низкий профессионализм, финансовую зависимость, цензуру, излишнюю эмоциональность и отсутствие интереса рекламодателей, хотя эти проблемы, по оценке журнала, присущи всей отрасли. Мнения опрошенных расходились в деталях:
- Жанболат Мамай указывал на зависимость от финансирования, отсутствие независимой редакционной политики и слабую аналитику. Казахские газеты почти не продаются в рознице и распространяются по подписке через «Казпочту», причем бюджетников нередко обязывают выписывать «Егемен Қазақстан», «Айқын», «Алматы ақшамы» и местные издания, а многие чиновники не читают их из-за незнания языка. Проблемы с рекламой он объяснял негласным запретом для крупного бизнеса размещать ее в независимых СМИ — с этим сталкивалась и выпускаемая им русскоязычная газета «Трибуна».
- Политолог Айдос Сарым напоминал, что Казахстан находится в конце рейтингов свободы слова, что ведет к деградации профессии независимо от языка. Перекосы рекламного рынка он считал временными: самый платежеспособный сегмент 18–35 лет уже стал казахскоязычным, а через 10–15 лет, по его прогнозу, он на 75–80% будет состоять из тех, кто владеет казахским и читает казахские СМИ. Пострадают, по его словам, не издания, а фирмы и рекламисты, живущие «вчерашним днем».
- Аскар Актлеуов признавал, что уровень казахских СМИ растет, но остается ниже русскоязычных. Причины он видел в том, что обучающие мероприятия для журналистов почти всегда проводятся на русском, а редакторы не отпускают сотрудников на тренинги международных организаций. Рекламой, по его словам, не интересуются ни издания, ни рекламодатели, поскольку государственный заказ растет каждый год, а вместе с ним сохраняется и цензура.
Есть ли влияние
Актлеуов считал, что о влиянии казахской прессы говорить не приходится, пока она в основном осваивает многомиллионный госзаказ, а большинство депутатов и чиновников реагируют на русскоязычные публикации. Сам он стал переводить свои тексты на русский, после чего их начали перепечатывать другие СМИ. Айдос Сарым, напротив, называл казахскую прессу «коллективным заменителем казахской национальной партии» и отмечал, что власть все больше с ней считается. Редактор сайта «Матрица.kz» Серик Болат также оценивал ее влияние как высокое: по официальной статистике, казахскоязычная аудитория составляет более 65% населения, а для жителей аулов государственные телеканалы остаются почти единственным источником информации.
Конец «счастливого неведения»
В интервью журналу Айдос Сарым говорил, что изоляция двух аудиторий опасна и для общества, и для государства. Значительная часть казахов владеет русским и понимает аргументы русскоязычной прессы, тогда как большинство русскоязычных граждан и журналистов, по его словам, ничего не знает о чаяниях казахского большинства. Этот период «счастливого неведения», считал он, заканчивается, а появление в русскоязычных изданиях обзоров казахской прессы может стать началом диалога.
По оценке Сарыма, казахская пресса отставала от русскоязычной по технологиям и подаче примерно на 4–5 лет, но быстро наращивала аналитичность, а в развлекательной нише уже опережала конкурентов. Русскоязычным казахстанским СМИ, напротив, приходится соперничать с российскими, поэтому ряд изданий, например «Республика» и «Свобода слова», начал осваивать казахскоязычный рынок. Через 10–15 лет, по его прогнозу, медиарынок изменится коренным образом.
Скандал с «Аңыз адам» политолог объяснял неудачным геополитическим моментом и тем, что критики журнала его не читали; сам он ничего предосудительного в номере не нашел. Глубже, по его мнению, лежит различие того, что философ Ричард Рорти называл «окончательным словарем»: язык определяет способ мышления, и одна и та же новость — например, о встрече Назарбаева с Путиным — по-разному воспринимается в казахской и русскоязычной среде. То же касается инцидента с Калыбаем в самолете, «колорадских лент», 9 Мая и 23 февраля. Площадок для открытой дискуссии, по словам Сарыма, не хватает, и высокомерие части русскоязычной аудитории вызывает ответное неприятие, поэтому нужен двусторонний диалог и новые «правила игры».
По материалам журнала «Эксперт Казахстан», 21 мая 2014 года.
