Кожевенная промышленность Казахстана летом 2013 года переживала кризис, несмотря на обновленное оборудование, большой сырьевой потенциал и налаженные рынки сбыта. Как писал журнал «Эксперт Казахстан», заводы были загружены лишь на 10–40%, поскольку более 60% необработанных шкур уходило в тень и вывозилось в Китай, а государство, по оценке издания, не проявляло к отрасли должного интереса.
Мощности есть, загрузки нет
Кожевенно-меховое производство в Казахстане ведет историю с кустарных мастерских русских купцов XIX века, а стратегическое значение приобрело в годы Великой Отечественной войны, когда казахстанские полушубки шли на фронт. Главным заказчиком отрасли и в 2013 году оставались военные.
В кожевенно-обувном сегменте работало более 160 предприятий: 56 выпускали обувь, 54 — кожаную одежду, 42 занимались выделкой и окраской меха, 9 — меховыми изделиями. Крупнейшие мощности по переработке сырья:
- ТОО «ТаразКожОбувь» — 18 тыс. тонн в год;
- Алматинский кожевенный завод (ТОО «Almaty Tannery+») — 12 тыс. тонн;
- Семипалатинский кожевенно-меховой комбинат — 5 тыс. тонн;
- ТОО «КазЭкспортКожа» в Экибастузе — 3 тыс. тонн.
Совокупная мощность отрасли составляла 54 тыс. тонн сырых шкур КРС и МРС. До кризиса заводы модернизировались: СКМК в 2008 году получил заем БРК на 40 млн долларов на реконструкцию, АКЗ открылся в 2007 году по итальянскому проекту, «КазЭкспортКожа» — двумя годами позже. Все предприятия способны перерабатывать шкуру до готовой кожи, однако загрузка кожзаводов за три года не превышала 10–40%, обувщиков — 30–50%. По данным Ассоциации предприятий легкой промышленности (АПЛП), в стране ежегодно заготавливалось около 2 млн шкур КРС и 5,5–6 млн шкур МРС.
Теневой рынок шкур
Главной проблемой отрасли было отсутствие контроля над заготовкой шкур. По данным финансовой полиции, в 2012 году теневой оборот превысил 60%: из 10 млн шкур (2,6 млн КРС и 7,5 млн МРС) официально экспортировали 2 млн, а переработали внутри страны 1,7 млн. Остальное, по информации ведомства, контрабандой уходило в Китай, где был высокий спрос, и бюджет недополучил около 3 млрд тенге вывозных пошлин.
Посредники-заготовители не только вывозили сырье по серым схемам, но и взвинчивали цены: по мониторингу АПЛП, мериносовые шкуры они покупали у фермеров по 300 тенге, а переработчикам продавали по 3 тыс. Средние цены на кожсырье с 2010 года выросли на 30–40%, до 170–210 тенге за килограмм. В ноябре 2012 года Алматинский кожевенный завод предупреждал о возможной остановке: по словам замгендиректора Владимира Семушкина, китайские покупатели платили 230 тенге за килограмм против максимальных 180 тенге у казахстанских переработчиков.
Официально основным направлением экспорта сырых шкур значился Кыргызстан, но финполиция считала его фиктивным: не имея перерабатывающих мощностей, сосед служил транзитной точкой на пути в Китай. Кроме того, поскольку на сырье действовала пошлина 500 евро, а готовая кожа облагалась по нулевой или минимальной ставке, сырые шкуры декларировали как обработанные. В 2012 году предприятия произвели или импортировали 0,75 млн кв. м обработанной кожи, а экспортировали 3,6 млн кв. м. Только на этих операциях бюджет, по подсчетам финполиции, терял около 4 млрд тенге, а вместе с контрабандой государство недополучало почти 50 млн долларов.
Меры и предложения
В конце 2012 года правительство повысило экспортные пошлины на сырье, но, по словам главы АПЛП Любови Худовой, кардинальных изменений это не принесло — вырос лишь фиктивный экспорт обработанной кожи. 23 мая 2013 года ассоциация предложила межведомственной комиссии правительства ввести временный мораторий на вывоз сырых шкур и полуфабрикатов; предложение рассматривалось. В финполиции констатировали, что недобросовестные компании, уклоняясь от налогов, перекупают шкуры дороже комбинатов, что ведет к простою мощностей и удорожанию продукции. Худова считала разрушение сырьевого рынка угрозой национальной безопасности, поскольку основные потребители овчинно-шубных изделий — армия и силовые ведомства.
Два сценария
Журнал видел у отрасли два пути. Оптимистичный: техническое перевооружение завершено, экспортные каналы налажены, производство обуви стабильно росло почти на 20% в год, и впервые за двадцать лет у предприятий появился шанс работать не только на госзаказ, а проблема сырья решаема при внимании властей. Пессимистичный: Казахстан превратится в сырьевую базу Китая и России, откуда будет получать более дешевую и качественную обувь, — по аналогии с титаном и алюминием, которые идут на самолеты Boeing и Airbus, закупаемые затем казахстанскими авиакомпаниями.
По материалам журнала «Эксперт Казахстан», 26 августа 2013 года.
