Родственники подопечных дома-интерната для инвалидов и психохроников в Алматы жалуются, что их близким там становится хуже: по их словам, людей плохо кормят, а персонал груб. Назвать себя они боятся, опасаясь за родных, поэтому «Радиоточка» по их просьбе изменила имена. Директор интерната Светлана Нурбаева с претензиями не согласна.
Мать П. И. рассказала, что её сын решением суда признан недееспособным и помещён в интернат. «Вместо улучшения, состояние моего сына ухудшилось», — говорит она. По её словам, она видела на нём следы побоев, последний раз в 2014 году. Сын стал раздражительным и замкнутым, зимой его не выводят на улицу, трудом и досугом не занимаются. Мать навещает его трижды в неделю и сама покупает вещи и средства гигиены; пенсию, по её словам, не получает ни сын, ни она. Похожих заявлений несколько — меняются только имена и сроки пребывания.
Исполнительный директор ОФ «Қорғау HR» Алия Абдинова рассказала о подопечной А. И., которая провела в интернате шесть лет. По стандарту условия должны быть близки к домашним, а состояние людей — улучшаться, но, по словам Абдиновой, оно ухудшается и есть факты избиений. Когда мать пожаловалась, что её дочь избили, случай, по словам правозащитницы, представили так, будто это сделала подруга.
Бывший директор интерната обратилась в Агентство по делам госслужбы и противодействию коррупции с просьбой проверить действия нового руководства. По её данным, пенсию «получают» 267 опекаемых, но лишь у нескольких десятков её получают родственники, у остальных — соцработники, и у недееспособных деньги исчезают на второй день. В заявлении также говорится, что одних людей, способных писать и отвечать, признали недееспособными, а полностью не реагирующих — дееспособными, что психотропных и соматических препаратов не хватает и родные покупают их сами, а сотрудники дважды в неделю увозят продукты домой.
Бывшая главная медсестра Кулгайша Бейсенбаева судится за восстановление на работе: суд и апелляцию она проиграла и надеется на кассацию. Нынешний директор, по её словам, седьмой руководитель, с которым ей довелось работать, а добрым словом она вспоминает только Азамата Ахманова и Насипу Оспанову. При Райхан Сарыбаевой, рассказала Бейсенбаева, у подопечных начали забирать пенсии и банковские карточки, применяли большие дозы аминазина: «Приходили санитары с 4 этажа, руки и ноги держали и кололи лошадиные дозы аминазина». По её словам, персонал написал заявление в финполицию, и против Сарыбаевой возбудили четыре уголовных дела. Переводить дееспособных в недееспособные и обратно, по её словам, начали при Куляш Надировой.
Любовь Хасанова 21 год проработала нянечкой в интернате для умственно отсталых детей, откуда воспитанники потом попадают в интернат для психохроников. По её словам, летом подопечных вывозят на улицу по расписанию, зимой у них нет вещей, кормят плохо. Одна бывшая воспитанница, по словам Хасановой, сказала, что скорее умрёт, чем будет это есть.
В январе 2015 года на пресс-конференции экс-директор Оспанова заявила, что у неё есть компромат на коллег: по её словам, начальник управления Кулмаханов поручал увольнять неугодных, которые жаловались на питание и другие нарушения, а акты на 40 млн и 14 млн тенге подписали за невыполненные работы.
Светлана Нурбаева показала журналистам 7 канала, как подопечные вышивают, вяжут и поют в хоре. По её словам, пенсии копятся на заблокированном счёте, снять 30% можно только по заявлению через опеку, а отчёты идут в акимат. Жалоб от родственников, по её словам, нет: они могут присутствовать на приёмах пищи, работают кабинеты трудотерапии, но заниматься могут не все 600 человек — это зависит от здоровья. Нурбаева заявила, что знает, кто пишет доносы: это «доброжелатели», с которыми она судится и которые жалуются на всех новых руководителей. Она пригласила журналистов посмотреть на условия сразу после президентских выборов, и «Радиоточка» намерена принять приглашение.
По материалам «Радиоточки».
