Психиатрическая служба Казахстана в 2014 году по-прежнему строилась на крупных больницах советского образца и была ориентирована скорее на контроль над пациентами, чем на их лечение и возвращение в общество. Об этом писал журнал «Эксперт Казахстан» в материале Василины Атоянц-Ларины «Страна без желтых домов». Альтернативу — небольшие центры дневного пребывания по европейскому образцу — в Алматы опробовала психоаналитик Анна Кудиярова.
Две альтернативы: больница или дом
Человек с ментальным расстройством в Казахстане мог либо попасть в государственную психиатрическую клинику, либо оставаться дома под присмотром родственников. Других вариантов не было. Клиники, созданные еще в советское время, вмещали по 500 человек и больше.
По описанию журнала, пациенты таких учреждений оказывались оторванными от жизни: как правило, у них не было ни жилья, ни работы, а круг общения сужался до минимума. Интенсивное медикаментозное лечение подавляло не только агрессию, но и все остальные эмоции. На одного психиатра приходилось в среднем около 20 пациентов, и даже квалифицированный врач не успевал их как следует обследовать. В итоге человек нередко выходил из больницы не выздоровевшим, а еще более отчужденным от себя и окружающих. Работы с обществом, которая помогла бы преодолеть негативное отношение к больным, тоже не велось.
Европейский опыт
В Европе реформа психиатрической службы началась еще в 1950-х годах: число больниц сокращали и параллельно развивали внебольничную помощь. В итальянском Триесте к 1978 году после реформы количество принудительных госпитализаций снизилось с 1200 до 30. В Италии, Швейцарии и Швеции психиатрические больницы были полностью ликвидированы, их заменили службы адаптации и реабилитации. Италия, Венгрия, Эстония и Швейцария создали альтернативу закрытым интернатам в виде небольших центров, клубов и домов для людей с ментальными заболеваниями.
Дневной центр в Алматы
По этому образцу общественное объединение «Психоаналитическая ассоциация» при поддержке фонда «Сорос-Казахстан» запустило в Алматы проект «Дневной центр для молодежи с нарушениями психического здоровья». Его задача — психосоциальная реабилитация и социальная интеграция молодых людей. Первый этап завершился осенью 2013 года, и, по оценке журнала, показал, что такие люди могут стать полноценными членами общества, если их не изолировать.
Директор Института психоанализа Центральной Азии Анна Кудиярова рассказала изданию, что идея появилась после знакомства с аналогичными центрами за рубежом, где европейские психоаналитики лечат психозы словом, без сильных препаратов. Особенности алматинского центра:
- сюда приходят добровольно, тогда как в государственные клиники пациенты чаще попадают принудительно и сопротивляются лечению;
- помимо индивидуальных консультаций работают малые группы до пяти человек с психоаналитиком и большие группы на 25–35 участников, куда приходят пациенты, родители, специалисты и волонтеры;
- за каждым подопечным закреплены личный психолог, социальный работник и волонтер, есть также групповой аналитик;
- центр начал сотрудничать с интернатами для психохроников, а по его примеру аналогичный центр открылся в Павлодаре.
Сложнее всего в первые месяцы было преодолеть недоверие родителей и профессиональных психиатров. По словам Кудияровой, некоторые родители прямо говорили, что им выгоднее получать пособие по инвалидности ребенка.
Предложения по реформе
Журнал считал, что реформа требует отказаться от контрольной функции психиатрии и перераспределить кадры и средства внутри системы, а без государства сделать это практически невозможно. Анна Кудиярова выступала за полную деинституционализацию: средства, которые получает городская больница примерно на 400 пациентов, по ее расчету, можно направить на 40 коттеджей по 10 человек, а персонал больниц после переподготовки перевести на работу в них.
Сотрудничать с государством центру пока не удалось: в одном из ведомств предложили участвовать в тендерах, но организаторы сочли эту систему слишком непрозрачной и работали на гранты международных фондов. Кудиярова также предполагала, что сфера не свободна от коррупции.
Обнадеживающим шагом она называла принятый план реабилитации инвалидов на 2014–2015 годы, по новым стандартам которого в одном стационаре должны лечиться не более 50 человек. «Хотя, с моей точки зрения, и 50 — это тоже многовато, но все-таки это уже не 500», — сказала она журналу.
По материалам журнала «Эксперт Казахстан», 24 февраля 2014 года.
