9 сентября 2013 года на Кашагане началась добыча нефти. В редакционной статье «Жизнь после нефти» журнал «Эксперт Казахстан» писал, что «проект века» пополнит бюджет и поможет решить ряд структурных задач, но одновременно вновь показал: казахстанская экономика и казахстанская нефть стали почти синонимами, и эта зависимость приобретает угрожающий характер.
Слова президента и реальность
В начале сентября, выступая в астанинской школе-лицее № 64, Нурсултан Назарбаев признал, что зависимость страны от сырья ощутима, а вся сырьевая конструкция хрупка. «У нас есть нефть, газ, золото, черные металлы, свинец, медь. Но это все кончается, это недра», — сказал он, призвав развивать технологии, науку и готовить кадры. В пример президент привел Оман, который успел создать другую индустрию до того, как закончилась нефть.
Редакция соглашалась с этими тезисами, но считала их декларативными: и общество, и прежде всего сама власть по-прежнему ориентированы на нефть, а реальной «подушки безопасности» на случай форс-мажора нет. Экономист Сергей Смирнов, на которого ссылался журнал, отмечал, что Казахстан стал даже более сырьевой страной, чем Россия, а попытки запустить собственное производство успеха не принесли.
Признаки провала диверсификации
- Наука. Молодые специалисты приходят в НИИ со старым оборудованием и плохим финансированием, а попытки предложить новые подходы заканчиваются «волчьим билетом» — для многих это прямая дорога на Запад.
- Стартапы. Государственную идею семи стартапов в год журнал считал скромной: в развитых странах столько появляется каждую неделю. Издание сомневалось, что даже эти семь проектов будут готовы к началу 2014 года.
- Технопарки. Создание их системы, по оценке редакции, провалено, а «казахстанская Кремниевая долина», о которой говорил министр индустрии и новых технологий Асет Исекешев, осталась на словах.
- Приоритеты расходов. За 10–15 лет нефтяного изобилия страна обзавелась концертными площадками, стадионами и дворцами, но не новой индустрией.
Примеры Великобритании и Сингапура
Для сравнения журнал приводил Великобританию, где без значительных запасов нефти более 60 млн человек живут в десятки раз лучше казахстанцев за счет высокотехнологичной экономики и промышленного роста. Сингапур, на который часто ссылаются казахстанские чиновники, тоже не имеет больших ресурсов: Ли Куан Ю за двадцать с небольшим лет превратил отсталую полуколониальную страну в технологическое государство, сделав ставку на образование, способности населения и искоренение коррупции. Сингапур входит в пятерку лучших стран по борьбе с коррупцией и в число мировых лидеров по образованию — в отличие от Казахстана, где пока текут нефтедоллары, у элиты, по мнению редакции, нет стимула заниматься ни тем, ни другим.
Ресурсное проклятие
Издание относило Казахстан к типичным жертвам «ресурсного проклятия», или парадокса изобилия, и перечисляло его признаки: высокая зависимость доходов от экспорта сырья, ошибки регулирования и коррупция из-за притока «легких» денег, отсутствие стимулов развивать реальный сектор и, как следствие, застой.
Главной опасностью журнал считал размывание человеческого капитала. Зарплаты в нефтянке в разы выше, чем в других отраслях, туда стремятся чиновники ради стабильного дохода, а талантливые люди без связей уезжают туда, где их навыки востребованы.
Вывод редакции: без настоящей диверсификации и вложений не только в мегапроекты, но и в образование и науку ни оманский, ни сингапурский сценарий не повторить. Доходы Кашагана, по мнению журнала, дают шанс перейти от деклараций к делу и направить средства на экономику знаний.
По материалам журнала «Эксперт Казахстан», 9 сентября 2013 года.
