Надежды казахстанских чиновников на то, что западные санкции против России и ответный запрет Москвы на ввоз западного продовольствия откроют для Казахстана новые возможности, не оправдались. Как писал «Эксперт Казахстан» в апреле 2016 года, в 2015-м экспорт в Россию товаров из контрсанкционного списка не вырос, а сократился на 16%, или на 11,7 млн долларов, в натуральном выражении — на 29,7%.
Ожидания и реальность
В апреле 2014 года, сразу после первых западных санкций, председатель президиума НПП «Атамекен» Тимур Кулибаев назвал ситуацию «окном возможностей» и предлагал привлекать инвесторов, желающих работать в ЕАЭС, гибкими условиями. Однако валовой приток прямых иностранных инвестиций в Казахстан в 2015 году упал на 37%: в неспокойные времена инвесторы уходили с развивающихся рынков.
После того как в августе 2014 года Россия запретила ввоз мяса, свинины, птицы, рыбы, молочной продукции, овощей, фруктов, орехов и колбас из США, ЕС, Канады, Австралии и Норвегии, в Казахстане заговорили о большом экспортном потенциале. Скептики, в том числе бывший руководитель компании «Беккер и К» Иван Кравченко, еще осенью 2014 года предупреждали, что освободившиеся ниши быстро займут поставщики из Южной Америки, а казахстанский бизнес не успеет нарастить производство. Они оказались правы: общий экспорт Казахстана в Россию в 2015 году снизился на 32%, и вывоз санкционных товаров тоже сократился. Из всех позиций рос только экспорт свинины. Тем не менее в феврале 2016 года первый вице-премьер Бакытжан Сагинтаев вновь призывал воспользоваться геополитической ситуацией и замещать на российском рынке продукцию из ЕС и Турции.
Слабый рубль
Предприниматели главной причиной неудачи называли курс. После удешевления рубля в конце 2014 года российские товары хлынули в Казахстан, и, по словам гендиректора птицефабрики «Акмола Феникс» Максима Божко, до августа 2015 года производителям приходилось бороться с импортом. Руководитель откормочной площадки «Crown Батыс» Рахимжан Исмагамбетов считал, что решающим было соотношение валют, а не санкции, и что Россия всегда защищала и будет защищать свой рынок. Гендиректор Continent Trading Бауыржан Бакшилов рассказывал, что в 2015 году его компании было выгоднее ввозить мясо с Украины: даже с учетом доставки и растаможки оно обходилось на 300 тенге дешевле местного. Восемь месяцев сильного тенге продолжали сказываться на экспорте и после девальвации.
Нехватка собственной продукции
Еще важнее, по оценке журнала, было то, что многих санкционных товаров не хватало самому Казахстану — молока, овощей, фруктов, отдельных видов мяса.
- Мясо птицы. В Союзе птицеводов указывали, что внутренний рынок обеспечен лишь наполовину, и полноценный экспорт станет возможен через 2–3 года, когда производство достигнет 250–300 тыс. тонн.
- Молоко. Эксперт Молочного союза Лидия Михеева отмечала, что переработчикам не хватает местного сырья, а казахстанское молоко вдвое дороже белорусского. Программа «Агробизнес-2020», предполагавшая создание чуть более 400 малых и средних ферм, по ее словам, выполнялась плохо. 80% коров содержалось в личных подсобных хозяйствах, а летние надои втрое превышали зимние. Из-за этого экспорт был скачкообразным: в июне, августе и октябре 2015 года в Россию разово ушло сливочное масло на 5,2, 5,9 и 3,6 млн долларов, а в остальные месяцы — лишь на десятки тысяч.
- Говядина. Руководитель костанайского репродуктора «Север Агро Н» Альжан Хабиев с маточным поголовьем в 4 тыс. голов объяснял, что российские торговые сети не работают с поставщиками малых объемов (для сравнения, у «Мираторга» — 100 тыс. голов), поэтому он поставлял продукцию оренбургскому заводу Orenbeef, производящему котлеты для фастфуда.
Приграничные области также не воспользовались ситуацией: их экспортеры специализировались на зерне, не попавшем под санкции. Председатель Северо-Казахстанского филиала Союза фермеров Нияз Ибраев рассказывал, что российскую делегацию, интересовавшуюся мясом, не устроили качество забоя, упаковка и малые объемы, а знаменитого Петропавловского мясокомбината больше нет. Второй год подряд приграничные регионы сокращали экспорт именно санкционных товаров.
Россия справилась сама
Опрошенные бизнесмены считали, что ниши заняла Беларусь, но журнал показывал, что это не так. Белорусский экспорт продовольствия в Россию в 2015 году сократился на 21,1% (казахстанский — на 23%, или 66,5 млн долларов), а поставки санкционных товаров — на 5,4%, или на 176 млн долларов, что в 11 раз больше казахстанских потерь. Не помогли Минску и две девальвации — на 24,7% в 2014 году и на 29,4% в январе 2015-го.
Причина, по оценке издания, в том, что Россия быстро сокращала зависимость от импорта: санкции подняли цены и убрали конкурентов, а бюджет госпрограммы развития АПК в 2015 году увеличили до 231,2 млрд рублей. Гендиректор Института аграрного маркетинга Елена Тюрина говорила, что производство свинины и птицы уже обеспечивает продовольственную безопасность и российские компании ищут экспортные рынки, а доля импорта плодоовощной продукции благодаря инвестициям в теплицы должна снизиться до 30% (прежде по отдельным позициям она достигала 50%, зимой — 70%). Эксперт Института конъюнктуры аграрного рынка Даниил Хотько сообщил о росте производства птицы на 8% в 2015 году и связывал падение казахстанских поставок прежде всего с насыщением рынка. Одновременно падал спрос: оборот розничной торговли продуктами снизился на 8,9%, реальные доходы — примерно на 10%, а потребление мяса — с 75 кг на человека в 2013 году до 71 кг.
Барьеры российского ритейла
Учредитель Baron Food Сергей Калинин в интервью для мониторингового проекта журнала «Экспорт» называл главной проблемой недоступность российских торговых сетей, которые кроме входных бонусов требуют неформальных платежей: по его словам, попасть на полки 50 московских магазинов одной сети стоило 3 млн рублей без гарантии контракта. Он возмущался, что представители казахстанского торгпредства, услышав запрос на тысячу тонн яблок, назвали казахстанский бизнес «карликовым», и утверждал, что компании способны быстро нарастить мощности в два-три раза, но не станут этого делать без гарантий стабильного спроса. Калинин предлагал построить в крупных российских городах торговые площадки для казахстанских товаров силами государства, однако журнал счел это маловероятным при курсе на сокращение госучастия в экономике.
Более перспективной издание считало осторожную стратегию Альжана Хабиева. Он отложил расширение экспорта в Россию на два-три года и вошел в мясной кластер Костанайской области: бесплатно раздает крестьянам племенных бычков, чтобы затем выкупать у них более тяжелых помесных животных. В декабре компания построила откормочную площадку на 3 тыс. голов с планом расширения до 10–12 тыс., чтобы откармливать скот и продавать мясо в Россию.
По материалам журнала «Эксперт Казахстан», 29 апреля 2016 года.
