Обстоятельства смерти Джучи, старшего сына Чингисхана и основателя Улуса Джучи, остаются предметом споров, однако источники позволяют говорить о серьезном конфликте внутри правящей элиты, а его гибель, вероятно, могла быть насильственной. При этом, по оценке историка Артема Порсина, речь, по всей видимости, шла не о прямом противостоянии Джучи с Чингисханом, а о конфликте между Джучи и его младшим братом Шагатаем.
Историк отмечает, что противоречия в сведениях о Джучи связаны с борьбой за власть между потомками Чингисхана в период распада Монгольской империи. По его словам, сторонники разных ветвей чингизидов нередко излагали события так, как это было выгодно представляемой ими линии.
Споры о происхождении и статусе
Одним из самых обсуждаемых вопросов остается рождение Джучи. Основанием для сомнений стали намеки в «Тайной истории монголов» на то, что он мог появиться на свет после пребывания Борте, жены Чингисхана, в плену у меркитов. Однако большинство современных историков считают эту версию поздней политической спекуляцией, направленной на то, чтобы поставить под сомнение права джучидов на власть. При этом сам Чингисхан неизменно признавал Джучи своим старшим сыном.
Что говорят хроники о смерти Джучи
Сведения о смерти Джучи в 1225 году историк делит на две группы: имперские источники, созданные в пределах монгольских улусов, и внешние источники. Первые, по его словам, содержат цензурные ограничения: если событие могло бросить тень на единство правящего рода, его описание корректировали или вовсе исключали.
Так, один из ранних имперских авторов, Джувейни, лишь кратко сообщает, что Джучи умер в Дешт-и-Кыпчаке. Рашид ад-Дин, писавший позже, указывает на болезнь как причину смерти, но одновременно осторожно связывает ее с конфликтом между Джучи, его отцом и братьями. Согласно его изложению, Чингисхан несколько раз вызывал Джучи на курултай, однако тот отказывался, ссылаясь на болезнь и невозможность преодолеть путь.
По Рашид ад-Дину, затем представитель племени мангыт сообщил Чингисхану, что видел Джучи на охоте. После этого Чингисхан приказал Шагатаю и Угедею собирать войска для похода против Джучи. Но уже в пути пришла весть о внезапной смерти старшего сына, и стало ясно, что сообщение было ложным. Найти человека, передавшего эту информацию, так и не удалось.
Внешние источники описывают ситуацию жестче. Персидский историк Джузджани, писавший в Индии, прямо утверждал, что Джучи был убит по приказу отца после доноса Шагатая о якобы готовившемся восстании. Однако этот источник вызывает вопросы, поскольку его автор был противником монголов и бежал от их нашествия.
Египетский автор аль-Умари, писавший в XIV веке и имевший контакты с джучидской элитой Хорезма, также кратко упоминал, что Джучи был убит. На этом фоне Порсин считает вероятным существование именно внутрисемейного конфликта, в котором ключевую роль мог играть Шагатай. Он обращает внимание, что, по Рашид ад-Дину, незадолго до смерти Чингисхан был недоволен Шагатаем и опасался, что тот может устроить смуту.
Легенда о «Хромом кулане»
В народной памяти кочевников гибель Джучи сохранилась в виде кюя «Ақсақ құлан» («Хромой кулан»). По сюжету, Чингисхан грозил казнить любого, кто принесет ему весть о смерти любимого сына, и тогда один из нойонов, Кетбуга из племени найман, передал трагическую новость через музыку, исполнив ее на домбре.
По словам историка, этот сюжет восходит к раннему золотоордынскому периоду и встречается не только в казахском фольклоре, но и в эпических традициях кыргызов и ногайцев. Это, по его оценке, указывает на появление предания еще до распада Улуса Джучи и формирования отдельных народов.
Порсин считает, что сюжет изначально мог существовать как часть джучидской письменной традиции, а затем уже перешел в устное творчество. В качестве подтверждения он указывает на близость ногайского варианта, записанного в XX веке, к тексту, зафиксированному в первой четверти XV века в труде Мирзы Улугбека.
Кем был Кетбуга
Отдельные споры вызывает личность Кетбуги. В казахских шежире найманов фигурирует древний предок с таким именем, который, судя по родословным, жил в XIII–XIV веках. В письменных источниках Кетбуга также известен как крупный нойон и политическая фигура, служивший монгольскому хану Хулагу.
Проблема заключалась в том, что в сюжете кюя человек, сообщивший Чингисхану о смерти Джучи, должен был принадлежать к окружению самого Джучи, тогда как известный по хроникам Кетбуга связан с Хулагу. Однако, по мнению Порсина, анализ его карьеры показывает, что первоначально он подчинялся улусу Джучи и лишь позже, после смерти Бату, перешел в подчинение Хулагу.
На этом основании историк считает, что Кетбуга из легенды и Кетбуга — участник завоевания Ирана и Ирака, погибший в 1260 году в битве при Айн-Джалуте, — одно и то же лицо.
Мавзолей в Улытау
Открытым остается и вопрос о месте захоронения Джучи. Мавзолей Джучи-хана в предгорьях Улытау в Казахстане традиционно считается местом его упокоения, однако окончательного подтверждения этому нет.
По данным археологических исследований, наиболее древние деревянные конструкции мавзолея датируются серединой XIII века, 1260-ми годами, а в XIV веке сооружение было достроено. Порсин полагает, что там могли находиться захоронения представителей знати Улуса Джучи, но пока неясно, насколько обнаруженные при раскопках в XX веке останки соответствуют первоначальным погребениям и принадлежали ли они самому Джучи.
Историк отмечает, что, согласно письменным источникам о ранней структуре Улуса Джучи, центр его владений находился на Иртыше, поэтому искать могилу Джучи, по его мнению, было бы логичнее на востоке Казахстана. Вместе с тем Улытау оставался сакральным центром и в народной памяти прочно связывался с захоронениями джучидов.
