Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи заявил, что у сторонников смены ядерной доктрины страны есть серьёзные аргументы, но официальная позиция Тегерана пока не изменилась. Об этом он сказал в интервью правительственной газете «Иран», опубликованном 21 ноября. «Не стоит думать, что у тех, кто хочет изменить доктрину, слабая логика. У них тоже сильная логика», — передаёт слова министра Iran International.
По словам Аракчи, сторонники перемен указывают, что членство Ирана в Договоре о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и проверки МАГАТЭ не уберегли иранские ядерные объекты от ударов. Спор внутри иранской элиты министр назвал «серьёзным и стратегическим», но предупредил, что выход из нынешних рамок «не повлечёт простых последствий». «До этого момента наша доктрина не изменилась, и наши официальные позиции остаются прежними», — подчеркнул он.
На вопрос, поддержат ли перемены Россия и Китай, министр ответил, что у них «противоположные взгляды». Iran International передаёт его слова так: Москва и Пекин против смены доктрины.
О запасах урана, обогащённого до 60%, Аракчи сказал, что формулу договорённости найти можно, но уран не покинет страну и будет использоваться для нужд Ирана — «с тем определением этих нужд, какое есть у нас». По оценке МАГАТЭ, у Ирана 440,9 кг такого урана, а до оружейного уровня около 90% остаётся короткий технический шаг. В сентябре агентство сообщило, что потеряло след этих запасов больше года назад.
В том же интервью министр рассказал, что в конце сентября Иран через Катар передал США план на семь дней: Вашингтон первым выполняет свои обязательства, Тегеран открывает Ормузский пролив, а затем начинаются переговоры об окончательной сделке. По словам Аракчи, позже срок сократили до двух дней, но Вашингтон так и не ответил. «Если требования Ирана будут выполнены, Ормузский пролив откроется», — сказал он, добавив, что срок можно сократить даже «до двух часов». Ранее Тегеран выдвинул семь условий для открытия пролива.
Иран и США воюют с конца февраля. Призывы выйти из ДНЯО и создать ядерное сдерживание уже несколько месяцев открыто звучат в Иране от силовиков и депутатов-консерваторов. Министр финансов США Скотт Бессент в пятницу заявил, что Си Цзиньпин и Владимир Путин на саммите с Трампом в Шэньчжэне согласились: у Ирана никогда не должно быть ядерного оружия.



